Когда я только пришла к вере, большое недоумение у меня вызывала добродетель послушания.

Корнелис ван Пуленбург (1594 -1667 гг.). Портрет девушки. Старая Пинакотека, Мюнхен.

Корнелис ван Пуленбург (1594 -1667 гг.). Портрет девушки. Старая Пинакотека, Мюнхен.

Я жила в городе, где по сути — каждый сам за себя. «Твои решения — твоя ответственность» — слышала я с детства. — «Не перекладывай свои заботы, на чужие плечи!» А тут вдруг: «Послушание — выше поста и молитвы…» Что это за послушание такое? И кого, а главное — зачем мы должны слушаться? Разве другой знает нас лучше, чем мы сами? Разве другой ответит за нас? Разве… — вопросы роем вились в моей голове, и вскоре я, ранее полагавшая, что я послушная дочь и ученица, поняла — слушаться я не умею.

Мне очень хочется себя оправдать и сказать: «Я выросла без отца, и потому, будучи лишенной сильного авторитета, я не смогла научиться послушанию». Мне хочется так сказать, но я не скажу. Потому что послушание напрямую не зависит от нашей способности или возможности подчиняться сильной личности, но в нашей готовности доверять и доверяться другому человеку.

Я не умею доверять… На самом деле — это страшное осознание, потому что доверие — это часть веры. Если ты не умеешь доверять, твоя вера очень шатка, и ты все время колеблешься между страхом и упованием. А где страх там нет любви.

Когда я встретила своего супруга, я долго не могла решиться выйти за него замуж. Мне подходило к тридцати годам, я привыкла к некоей самостоятельности и свободе, я не думала о замужестве. И тут — наша встреча. Ничего из ряда вон выходящего, но я не могла отделаться от ощущения, что этот молодой человек — мой будущий муж. И я стала писать моим знакомым священникам, людям мудрым и хорошо знающим меня, прося совета. Я помню, один ответ поразил меня. Батюшка писал: «выходи замуж. В семье ты научишься слушаться хотя бы одного человека — твоего мужа, потому что полюбишь его. А научившись послушанию по любви, тебе будет намного легче слушаться всех остальных…».

Вермеер Ян Делфтский. Служанка с кувшином молока, 1660 г. Рейксмузеум, Амстердам

Вермеер Ян Делфтский. Служанка с кувшином молока, 1660 г. Рейксмузеум, Амстердам

Я вышла замуж. Нет, я не научилась слушаться, но я стала хотя бы прислушиваться к другому человеку, и стараться на один лад настроить нашу жизнь. Потому что супружество — это одна упруга. Когда же у нас появился ребенок, когда он стал подрастать, научился разговаривать и проявлять самостоятельность, я, кажется, стала отдаленно понимать, что же это такое послушание. И почему оно так важно для нас.

Теперь, когда мой трехгодовалый сын надувает губы и упрямо твердит: «Я сам!», я вижу в нем себя. У него такой возраст, когда ему необходимо изучить свои границы, и он везде заявляет о своей власти. Он сам завязывает ботинки, и тут же падает, спотыкаясь о шнурки. Он сам хочет налить себе сок, выливая полбутылки на скатерть. Он хочет сам везти свою коляску, а когда я ухожу быстрее его, он тут же в рёв, бежит за мной. Ему не хочется слушаться. Ему тяжело знать, что кто-то сильнее его. Но упав, разлив, наревевшись, он успокаивается, и говорит: «Мама, помоги!». И я вздыхаю с облегчением…

Человек, не умеющий слушаться, подобен глухому камню. Ему говоришь, а он — не слышит. Или толстой безжизненной палке. В руках она не гнется, а ломается. Или слишком сухой глине — ничего из такой не вылепишь.

Михаэль Свертс. Служанка, выслушивающая приказание. Середина XVII. Государственная галерея, Штутгарт

Михаэль Свертс. Служанка, выслушивающая приказание. Середина XVII. Государственная галерея, Штутгарт

Вы читали Евангелие? Кого чаще всего исцеляет, кого воскрешает Господь в Своей жизни? Детей и слуг! А почему Вы задумывались? Недавно я подумала: «Да потому, что дети и слуги — привыкли слушаться. Хотя бы по своему положению им необходимо постоянно быть в послушании. А зная, что такое слушаться людей, они конечно, с готовностью послушались и Бога!».

Ведь если мы тяжело доверяем людям, если мы не имеем хотя бы одного человека, которому могли бы довериться, причем не просто оказать доверие, а именно вверить всю свою жизнь, всего себя без остатка, как мы можем довериться Богу? Я не знаю.

Сейчас прошло уже почти пятнадцать лет с момента моего прихода в храм. Добродетель послушания еще не осилена мною, увы. Даже не начата как следует. Я все тот же ветхий человек, несколько раз раздумывающий прежде чем послушаться. Я все еще оберегаю свои свободы и с великим треском гнусь в руках даже близких людей. Но, слушая о послушании, я больше не ропщу и не смущаюсь. Я навостряю ухо и молюсь: помоги, Господи!

Инна Сапега

Международный клуб православных литераторов «Омилия» (http://omiliya.org/)

Написать комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *