Икона Мученик Вонифатий. Из церкви Ильи Пророка города Ярославля. Написана в 1680-е гг.

Икона Мученик Вонифатий. Из церкви Ильи Пророка города Ярославля. Написана в 1680-е гг.

1 января – День памяти святого мученика Вонифатия

В церковь часто приходят измученные женщины и просят: «Батюшка, поговори с моим сыном. Пьёт, не работает, ругает меня, отнимает деньги. Измучил всех».

Бывает — сын, бывает — муж, бывает — внук.

И вот приходит на беседу сын, муж, внук. Лукаво водит глазами по сторонам, ругает себя, обещает, но как-то очень уж картинно. Смотришь ему глаза в глаза, и подстрочный текст выходит совсем другой:
— Погнала меня мать, вот я и ломаю комедию…
— Вижу, ты уж чересчур не ломайся.
Он понимает и отводит глаза. Женщина сидит и наслаждается процессом. Но пусто всё это. Он пьёт. Ему хорошо и удобно. Ей тоже комфортно чувствовать себя святой и спасительницей. Какая-то странная гармония их характеров. Неужели нет решения задачи?
Есть. Не в кодировке, не в «честном слове», не в устройстве на работу. Часто кодированные ничуть не лучше пьяных. Нервный, злой, дотошный. Смотрит на выпивающих, а в глазах — огонь.

Пьянство — результат инфекции души. Вирус пьянства поражает самое важное — способность любить. Поэтому таблетка от этой болезни — прививка любви.

Где её взять? Из житий святых. Это лучшая аптека.

Мч. Вонифатий Тарсийский. Икона. Русь. XVII в.

Мч. Вонифатий Тарсийский. Икона. Русь. XVII в.

Очень неприятно брать в руки книжки с громкими названиями: «Какому святому молиться при какой болезни» или «Советы православному огороднику с присовокуплением молитв над нивами и посевами». Эти книги уводят душу от Бога — единственного источника жизни и чудес. Они искажают наши отношения со святыми, присваивая им полномочия языческих богов. Не надо представлять дело так, что нажал на кнопки, ввёл пин-код соответствующей молитвы, и чудо состоялось. Жития святых не инструмент по низведению чудес, а прежде всего подсказка или ключ к решению наших проблем своими силами при помощи Божией. В житиях мы видим, что чудеса — это плод совместного труда Бога и человека. Молитвенное обращение к святому — возможность получить участие святого в моём деле ради Христа. А его молитва — это аванс доверия, получаемый нами от Бога по его молитвам.

Для участия в своих делах можно просить тех святых, которые в земной жизни имели сходный опыт и оказывались в похожих ситуациях, нашли прекрасный выход из них.

Обозревая сонм святых, преодолевших грех пьянства, мы в первую очередь останавливаем свой взор на святых Рима — Аглае и Вонифатии.

Святой мученик Вонифатий был рабом богатой молодой римлянки Аглаиды и состоял с ней в сожительстве. Если бы Вонифатий не был рабом, а Аглая — патрицианкой, всё бы могло случиться по-другому. Но в этой ситуации брак не мог состояться, и их любовь рождала грех. Их отношения утяжелялись взаимным пристрастием к вину. Однако они оба мучились угрызениями совести.

Вонифатий, не позволяя очерстветь сердцу, утруждал его милосердием. Выручал попавших в беду, давал кров странникам, питал нищих, словно оставляя возможность однажды дать простор и святость своему сердцу неведомым способом. Он откладывал обращение от греха, как и мы, на потом. Он ждал, что Господь Сам придумает способ перевести их отношения с Аглаей в лоно нескверной любви. Как знакомо это страдание любви к Богу в немощи.

Искала неизвестного спасения и Аглая. Она мечтала принять в своём доме мощи мученика за Христа, надеясь его молитвами найти решение своих отношений с любимым. Вонифатий, зная об этом, однажды, оставшись вдвоём с любимой, в шутку спросил:
— А приняла бы ты моё тело, если бы я вдруг принял смерть Христа?
Тогда это казалось горькой шуткой, но в этой шутке было предощущение промысла. Господь услышал молитву мягкого сердцем домоправителя и протянул ему руку. Их браку не суждено было состояться в Риме. Господь решил их венчать в Раю.
Но они об этом ещё не знали.

Мучение св. Вонифатий Тарсийский. Тзортзи (Зорзис) Фука. Фреска. Монастырь Дионисиат. Афон. 1547 г.

Мучение св. Вонифатий Тарсийский. Тзортзи (Зорзис) Фука. Фреска. Монастырь Дионисиат. Афон. 1547 г.

Аглая, снабдив Вонифатия деньгами и слугами, отправила его в область, где убивали христиан. Она поручила ему выкупить тело мученика и положить его у себя в доме, тем самым превратив дом в церковь. Она вверила свою мечту о чистой любви молитвам неизвестного мученика и промыслу Бога. Она искала святости, и святость её нашла, но не так, как она думала.

Приехав в город Тарс, Вонифатий не отказывал себе в удовольствиях. Он хорошо проводил время, пируя и веселясь и предаваясь своему обычному благодушию. Как вдруг…

Это всегда бывает вдруг — для нас, и совершенно закономерно — для Бога. В прозе это происходило так. Однажды Вонифатий пошёл посмотреть на суд над христианами. То, что он увидел, не могло уместиться в его чутком и нежном сердце. Он, жалеющий и милующий всех тех, кого встречал на своём пути, был потрясён несправедливостью суда и ужасом мучений. Он, привыкнув помогать нечастным, выбежал на городскую площадь и бросился к их ногам, прося молитв о себе. Он просил научить и его их мужеству и разуму. Вонифатий целовал их ноги и оковы, понимая, что вот сейчас Христос где-то рядом открыл дверь Рая и они один за другим входят туда, падая в объятия Небесного Отца.
Так однажды занялось сердце у Луки и Клеопы, когда они встретили неузнанного Христа на пути в Эмаус.

Так разгорелось сердце стражника тридцати девяти мучеников, стоявших в Севастийском озере в ледяной воде. Воин сбросил доспехи и вошёл в воду, став сороковым венценосцем.

Так вспыхнуло и сердце Вонифатия.

На этой площади случилось то, чего ждали они оба. Христос и Вонифатий наконец встретились лицом к лицу.

Слуги несколько дней искали мёртвое тело своего господина Вонифатия. Найдя, они выкупили его за огромную сумму в пятьсот золотых монет.

Кто бы мог подумать, что Аглая примет обратно своего любимого, украшенного святостью?! Их любовь перешла в новую фазу, более чистую и возвышенную. Аглая, как верная невеста, отложила радость земной жизни до встречи с любимым на Небе и замерла в ожидании законного таинства брака. Она уже ни о чём не думала, кроме как о венчании, которое вместо священника совершит Сам Христос.

Её любовь была сильная и настоящая. Она любила так, что всё казалось ей пресным и скучным. Она раздала скучные деньги и неинтересное имение. Вся жизнь её стала подготовкой встречи с любимым, до которого ей нужно было во что бы то ни стало дорасти духом. Равного брака уже не могло получиться потому, что Вонифатий стал патрицием Христа, а она оставалась простой Его рабой. Но она очень старалась. Господь и ей протянул руку и принял её труды.

Праведная Аглаида с иконой мученика Вонифатия

Праведная Аглаида с иконой мученика Вонифатия

После смерти Аглаю положили рядом с Вонифатием. Душа её, без сомнения, в минуту смерти тут же встретила милого Небесного Отца и своего возлюбленного. Супруги наконец нашли настоящую любовь, притом вечную.

Книжки, подобные популярным брошюрам о том, какому святому и в какой нужде молиться, обычно приводят какие-то молитвы, тропари или кондаки. Но эти стихи не являются мантрами или кнопкой включения трезвости. Для чуда требуется включить сердце и начать действовать.

Если пьяница просто прочтёт слова, то совершенно ничего не изменится. Пример жития Вонифатия говорит о том, что спасение от греха лежит в сердце. Вонифатий милосердием и состраданием не дал ему покрыться коркой. Он любил Аглаю, кормил нищих, выручал слабых и тем самым держал сердце наготове. Он был слаб, но как евангельский персонаж говорил в сердце Христу:
— Верю, помоги моему неверию!
И тогда Бог получил возможность спасти его.

Вино — механик бездушного организма, а радость любви сильнее любого вина. Если кто-то хочет вырваться из лап беса пьянства, он должен помнить о том, что спасение приходит через доброе сердце, пусть через слабую, но любовь, через тайное воздыхание о святости. Господь не оставит такого человека. Каким будет спасение — неизвестно. Возможно, оно будет суровым вне дома и мягких тапочек. Но может быть, и на лоне семьи придёт неожиданное предложение Христом святости.

Но в жизни чаще всего происходит схлопывание капкана греха, за которым спасение может быть уже только через чудо, через «хирургическое» вмешательство Бога. В этих случаях последняя надежда — это любовь близких.

Сценарий жизни семей с пьяницами одинаков. Трезвый — хороший, потом запой, скандалы, драки, взаимные угрозы, взрыв, и так — до безконечности. Если найдётся в семье хотя бы один человек, способный думать и молиться, то он должен знать, что спасение приходит через сердце. Сердцем человек слышит Бога. А когда слышит, то может и измениться. Поэтому задача тех, кто находится рядом с пьяницами, — умягчить его сердце, подготовить его к принятию Бога.

С мирской точки зрения — это абсурд. Ведь пьяница — хулиган, а тут ещё предлагают его жалеть и миловать. Ведь он совсем обнаглеет! Да, есть риск, но другого пути нет. По крайней мере хотя бы изменятся в лучшую сторону те, кто рядом с больным. И это уже неплохо.

Вонифатий, с мирской точки зрения, также поступил нерасчётливо. Всё христианство нерасчётливо и непрактично, но именно поэтому оно живо две тысячи лет, и врата ада его никогда не одолеют. Как писано: «иудеям соблазн, для эллинов безумие».

В этом божественном «безумии любви» и состояла радость подвига Вонифатия и Аглаи. В этой божественной любви вообще смысл существования мира.

Журнал «Русский дом» (http://www.russdom.ru/)

Написать комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *